Восемь Одиссеев русской литературы

07 сентября 2026

Герой, странник, хитроумный муж или духовный искатель — каким увидели Одиссея русские писатели?

В России XVIII–XIX века античная культура была важной составляющей дворянского образования. В гимназиях и высших учебных заведениях изучение древнегреческого и латыни, а также мифологии и античной истории было обязательным. Кроме того, высшее сословие, свободно владевшее французским, читало Гомера во французских переводах.

Со второй половины XVIII столетия на русском языке существовали прозаические переводы «Одиссеи», переложения и подражания. Поэтому к моменту появления перевода «Одиссеи» поэта Василия Жуковского сюжет уже был частью русского культурного кода.

Образ древнегреческого героя вдохновлял русских писателей. Они по-разному осмысляли его судьбу и цели.

1. Ветеран — Константин Батюшков «Судьба Одиссея» (1814)

Это стихотворение написано сразу после заграничных походов русской армии 1813–1814 годов, когда Россия разгромила Наполеона. Поэт Батюшков, сам прошедший войну, не славит победу — он показывает усталость и душевную боль героя. Его Одиссей — «богобоязненный страдалец», переживший подземное царство, Сциллу и Харибду. Когда он наконец достигает родной Итаки, он просыпается на берегу и не узнает своей родины. Для поколения Батюшкова Одиссей стал символом послевоенной травмы и отчуждения.

2. Авантюрист — Павел Чичиков в поэме Николая Гоголя «Мертвые души» (1842)

Великий русский писатель Николай Гоголь написал поэму о мошеннике Павле Чичикове. Он путешествует по России и скупает у помещиков «мертвые души» — имена умерших крепостных крестьян, которые еще числятся в ревизских списках, чтобы потом заложить их в банк и получить кредит. Гоголь намеренно пародирует гомеровский эпос. Чичиков, как и Одиссей, постоянно странствует и встречает самых разных людей (от сладких мечтателей Маниловых до жадного Собакевича). Он тоже прибегает к хитрости: когда его спрашивают, кто он, он отвечает уклончиво, стараясь остаться «незаметным», как и Одиссей в пещере циклопа. Но если Одиссей — благородный герой, то Чичиков — плут. Его «одиссея» заканчивается не возвращением домой, а бегством от разоблачения.

3. Путешественник-обыватель — Иван Гончаров «Фрегат «Паллада»» (1858)

Это книга путевых очерков, в которых известный русский писатель описывает свое реальное кругосветное плавание на военном фрегате в 1850-х годах. Автор иронически сравнивает себя с греческим героем. Юмор в том, что Гончаров — не отважный мореплаватель, а нежный литератор-домосед, который страдает от морской болезни, скучает по Петербургу и постоянно жалуется на быт. Он шутит, что Одиссей «не претерпел и десятой доли» тех неудобств, которые выпали на его долю. Таким образом, Гончаров превращает великий эпос в бытовую историю о том, как обычный человек переживает экстремальное приключение.

4. Духовный искатель — Пьер Безухов в романе Льва Толстого «Война и мир» (1869)

Самый глубокий и серьезный «русский Одиссей». Правда, его странствия в основном духовные. Он мечется от одного увлечения к другому: масонство, благотворительность, попытки изменить жизнь крестьян. Он проходит через дуэль, разочарование в любви, ужасы Бородинского сражения и плен. В плену он встречает Платона Каратаева, простого солдата, чья мудрость помогает Пьеру обрести внутреннюю гармонию. Финальное возвращение Пьера — это возвращение к своей «Пенелопе», Наташе Ростовой. После всех мук он находит счастье в семье и простой человеческой жизни. Долгий путь домой завершается.

5. Искушаемый герой — Валерий Брюсов, «Одиссей у Калипсо» (1909)

Русский поэт-символист Валерий Брюсов обратился к знаменитому эпизоду из «Одиссеи», где герой семь лет провел у нимфы Калипсо, которая предлагала ему бессмертие и вечное блаженство на своем острове. Калипсо обещает Одиссею освобождение от всех страданий, но он все равно поворачивается к морю и думает о Пенелопе и Итаке. Герой выбирает путь долга и памяти, отказываясь от комфортного забвения. Это борьба не с чудовищами, а с соблазнами.

6. Вечный странник — Николай Гумилев, цикл «Возвращение Одиссея» (1909)

Гумилев создает свой вариант мифа в цикле из трех стихотворений — «У берега», «Избиение женихов» и «Одиссей у Лаэрта». В первом стихотворении Одиссей предстает не столько воином, сколько поэтом: «Сердце — улей, полный сотами, / Золотыми, несравненными!». Но даже когда он уже почти доплыл до родного берега, героя мучает сомнение. Возвращение не приносит покоя — проклятие Посейдона делает его вечным скитальцем.

Во втором стихотворении описана кровавая расправа над женихами. Но Гумилев не останавливается на мести: его Одиссей сознательно отказывается от домашнего счастья. В финальном монологе он прощается с отцом Лаэртом и снова устремляется в море. Странствие становится для него не наказанием, а призванием.

7. Возвратившийся мудрец — Осип Мандельштам, «Золотистого меда струя из бутылки текла...» (1917)

Стихотворение написано в Крыму, в «печальной Тавриде», которая в переломном 1917 году для поэта становится «русской Элладой». В этом мире покоя, где дни катятся «как тяжелые бочки», а виноград сравнивается со «старинной битвой», Мандельштам размышляет о связи времен и утраченных идеалах. В финале Одиссей возвращается после долгих скитаний, «пространством и временем полный». В возвращении Одиссея для Мандельштама звучит надежда на преодоление хаоса и обретение дома.

8. Утративший память изгнанник — Иосиф Бродский, «Одиссей Телемаку» (1972)

Стихотворение написанное в год вынужденной эмиграции автора. Это письмо-монолог Одиссея, обращенное к сыну. В отличие от гомеровского героя, этот Одиссей точно не помнит, кто победил в Троянской войне, не знает, сколько лет его сыну и с трудом узнает окружающий мир, где все острова «похожи друг на друга». Бродский проецирует на Одиссея собственную судьбу: разрыв с любимой женщиной, разлуку с сыном и родителями.

Этот Одиссей — человек, чья память разрушена временем и скитаниями. Его возвращение остается под вопросом: «Лишь боги знают, свидимся ли снова».

#Литература