Чем занимался ФИЛЕР в царской России?

Быть филёром (от фр. filer — выслеживать) в царской России было непросто. Они были «глазами и ушами» политической и уголовной полиции, выполняя роль агентов наружного наблюдения. Их задача заключалась в слежке за лицами, которые представляли интерес для государства: революционерами, членами оппозиционных организаций и опасными преступниками.

Профессия оформилась в конце XIX — начале XX века, когда власти требовались все более профессиональные методы для борьбы с волной политического террора и революционного движения в первую очередь. Накануне Первой мировой войны насчитывалось 70 500 осведомителей и около 1000 филёров. Известно, что ежедневно в Петербурге и Москве на службу выходило от 50 до 100 агентов наружного наблюдения.

Служба была тяжелой и требовала особых качеств. Кандидатов отбирали придирчиво. Предпочтение отдавалось отставным военным не старше 30 лет.

Согласно секретной «Инструкции по организации наружного наблюдения» 1907 года, филёр должен был соответствовать длинному списку требований: честный, трезвый, смелый, ловкий, выносливый, терпеливый, настойчивый, осторожный, правдивый, дисциплинированный, с крепким здоровьем, отличным зрением и слухом. При этом он должен был обладать неприметной внешностью и умением перевоплощаться.

Однако большинство филёров были выходцами из низов, людьми малообразованными и редко поднимались выше унтер-офицерского чина.

Ежедневная задача филёра — следить за объектом, оставаясь незамеченным, фиксировать все его перемещения, встречи и контакты, а затем передать полученную информацию телеграммой в Департамент полиции. Для важных операций использовали сразу 2-3 человек, которые шли параллельными улицами, чтобы не быть обнаруженными. Идеальным считалось запоминать лицо, походку и особенности «объекта», а не его одежду, которую можно быстро сменить.

Агенты использовали псевдонимы, а телеграммы шифровали под видом коммерческой переписки (например, фраза «Товар Черного везу Тулу» означала слежку за определенным лицом). Для каждого наблюдаемого придумывалась короткая, запоминающаяся кличка, часто по внешнему виду: «Бородатый», «Хромой» и т.д. Каждый рабочий день филёр должен был составлять подробный письменный рапорт.

Филёры работали в тесной связке с внутренними осведомителями. Осведомителей нанимали из среды швейцаров, дворников, конторщиков, паспортистов. Они обязаны были доносить о всех подозрительных личностях работавшему с ними участковому надзирателю. В отличие от филёров, осведомители не были штатными сотрудниками, поэтому постоянного жалования не получали. Обычно за сведения, которые при проверке оказывались «основательными и полезными», им выдавалось вознаграждение от 1 до 15 рублей. Иногда с ними расплачивались вещами. Так, генерал-майор полиции Александр Спиридович вспоминал, как купил одному из осведомителей новые калоши. «И проваливал (то есть сдавал) же он потом своих сотоварищей, проваливал с каким-то остервенением. Вот что наделали калоши», — писал офицер.

Лучшие из лучших служили в Летучем филёрском отряде — элитном подразделении, созданном в 1894 году. Эти агенты занимались самыми сложными и важными заданиями, включая личную охрану императора и его семьи.

Самой заметной фигурой в истории филёрского дела был Евстратий Павлович Медников. Выходец из крестьян, он начал карьеру с рядового филёра, а затем стал руководителем службы наружного наблюдения Московского охранного отделения. Его имя стало легендарным в среде коллег и противников: он создал уникальную методику обучения и тренировки агентов. Ценность Медникова как специалиста была столь высока, что он сохранял свой пост при шести министрах внутренних дел.

Зарплата филёра чаще всего не была фиксированной, а зависела от нескольких факторов. В Москве и Санкт-Петербурге жалование было выше, чем в провинции. Начинающие агенты получали скромное жалование, опытные филёры с многолетним стажем, зарекомендовавшие себя в сложных операциях, могли претендовать на гораздо более высокие доходы.

Доход филёра состоял из базового оклада, дополнительных выплат на питание, компенсации за съем жилья. Добавочные выплаты могли выделяться из средств Охранного отделения за особые заслуги или выполнение особо важных заданий.

Например, ветеран сыска с 25-летним стажем, коллежский асессор Д.В. Попов получал ежегодное жалование в размере 3300 рублей (сегодня ~ 6 млн руб. или $77, 000). Эта сумма складывалась из жалованья (800 руб.), столовых (500 руб.), квартирных (500 руб.) и добавочных (1500 руб.).

Рядовые агенты, работавшие в Петербурге, получали по 1 рублю в день, что составляло скромные 30 рублей в месяц.

Центральный филёрский отряд прекратил свою деятельность вместе с падением монархии в 1917 году, но накопленный им опыт выполнения государственных задач стал основой принципов общественной безопасности.