Кто призывал не посрамить земли русской?

Хроники того времени рассказывают, что в 967 году Святослав отправился в поход на Дунай, прельщенный обещаниями щедрых даров византийского императора Никифора. Тот просил его наказать болгар, пропускавших через свои земли венгров, которые совершали набеги на византийские земли. 

Войско киевского князя разбило противника, захватило не менее 80 крепостей, в том числе Доростол и Переславец. Но пришлось вернуться домой: в его отсутствие печенеги осадили Киев. Сумев отстоять княжество и оставив вместо себя старшего сына Ярополка, Святослав вернулся обратно: «Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае — там середина земли моей». 

Такое соседство не устраивало нового византийского императора Иоанна Цимисхия, который хотел, чтобы войска русского князя вернулись восвояси, оставив захваченные территории. Святослав же попросил дань за все занятые города и выкуп пленных. В ответ император не нашел ничего лучше, как угрожать князю. Тот поступил просто: стал готовиться к бою, сообщив, что собирается дойти до Константинополя. 

В «Повести временных лет» рассказывается, что хитроумные греки решили узнать, какова численность войска русского князя и выставили против его десяти тысяч свои сто. Понимая, что силы неравны, Святослав Игоревич обратился к своей дружине: «Нам некуда уже деться, хотим мы или не хотим — должны сражаться. Так не посрамим земли Русской, но ляжем здесь костьми, ибо мертвые сраму не имут. Если же побежим — позор нам будет. Так не побежим же, но станем крепко, а я пойду впереди вас: если моя голова ляжет, то о своих сами позаботьтесь». И ответили воины: «Где твоя голова ляжет, там и свои головы сложим». 

Святослав храбро сражался бок о бок со своими дружинниками. Византийцы и русы заключили мирный договор и князь отправился домой. Но в Киев он так и не вернулся:  его убили печенеги, видимо, подстрекаемые византийцами.