Как Александр III оказался в эпицентре крушения поезда

Возвращение из Крыма 

Осенью 1888 года Александр отправился с семьей на Кавказ — маршрут проходил по новой Владикавказской железной дороге. Из Батума они отправилась в Севастополь, где пересели на поезд в Петербург. 

В середине дня 17 октября семья с придворными и министрами обедала в вагоне-ресторане. За отдельным столом сидели дети. Не было только великой княжны Ольги — шестилетняя девочка осталась с няней в другом вагоне. 

Внезапно поезд как будто на что-то натолкнулся, так резко, что все в вагоне упали на пол. Все вокруг стало шататься: стены на глазах у испуганных пассажиров начали рушиться: «Все падало и трещало, как в Судный день… и потом вдруг воцарилась такая мертвая тишина, как будто в живых никого не осталось», — вспоминала императрица Мария Федоровна. 

Выжили чудом

Катастрофа произошла недалеко от станции Борки Курско-Харьково-Азовской железной дороги. Из всего состава уцелело только пять вагонов, благодаря более современным тормозам. Еще десять были разрушены, превратились в месиво: задние вагоны буквально расплющили передние. От вагона, в котором находилась прислуга, не осталось ничего — все кто там был погибли. Не пережила крушения и любимая собака императора, лайка Камчатка. Вагон-столовая рухнул на насыпь: очевидцы рассказывали, что Александр III удерживал крышу вагона на своих плечах, чтобы помочь семье и придворным выбраться из него. Чудом никто из них не пострадал: отделались ушибами и царапинами. Младшим детям императора повезло: от удара великую княгиню Ольгу с няней выбросило из вагона на насыпь, а великого князя Михаила быстро достали из-под обломков. Удостоверившись, что все порядке, император присоединился к разбору завалов. Императрица Мария Федоровна помогала раненым.  

Поиск виновных

Петр Соколов «Крушение императорского поезда», 1888

Версий катастрофы появилось несколько. Первую, по легенде, озвучил сам император. Разбирая завалы, на все испуганные восклицания придворных он якобы отвечал: «Воровать надо меньше, господа!» 

Не исключали теракт: якобы бомбу подложил помощник повара и затем успел сойти с поезда. Причины искать террористический след были: за год до этого на Александра III уже хотели совершить покушение народовольцы. Впрочем, были и те, кто верил: заговор был, только не народовольцев, а великого князя Владимира.

Свою роль сыграл и человеческий фактор: якобы деревянные шпалы, по которым двигался поезд, были прогнившие, а гравий между ними некачественный. Предъявить претензии, правда, было некому: строитель железной дороги Самуил Поляков умер за несколько месяцев до трагедии. 

Катастрофы могло не быть 

«Вы государю голову сломаете!», — слова начальника станции Юго-Западной железной дороги Сергея Витте оказались пророческими. Он предупреждал, что может случиться авария. Причиной было несоблюдение многих технических параметров. Во-первых, железнодорожный состав был больше разрешенного — 15 вагонов вместо 11. Во-вторых, императорский поезд весил, как грузовой состав, а скорость развивал, как экспресс. Чтобы угодить Александру III, который не терпел медленной езды, состав тянули сразу два паровоза — товарный и пассажирский. Витте пытался убедить императора в опасности такого решения, но тот не прислушался. 

Товарный паровоз двигался со скоростью до 68 км/час, значительно быстрее предельно допустимой, из-за чего его сильно раскачивало. А у пассажирского, прицепленного за ним, был другой диаметр колес. Кроме того, тормоза у вагонов были не в лучшем состоянии. На изгибе дороги состав так сильно расшатал рельсовое полотно, что оно не выдержало. Лопнули шпалы, рельсы разошлись, второй паровоз рухнул, а вслед за ним и пассажирские вагоны.