Илья Малинин и советская школа фигурного катания: есть ли связь?
Со времен знаменитого противостояния двух российских фигуристов — Алексея Ягудина и Евгения Плющенко — не было такого повышенного внимания к мужскому фигурному катанию. «Он легенда! Семь четверных прыжков!» «Он единственный, кто выступает на льду для собственного удовольствия и удовольствия зрителей», «Это какой-то космос!» Это слова болельщиков. Но и коллеги не отстают: знаменитый тренер Татьяна Тарасова назвала его совершенством, для которого нет ничего невозможного. А Илья Авербух — сильнейшим фигуристом планеты, который может проиграть только себе.
На видео с олимпийских выступлений американского фигуриста Ильи Малинина крики восторга заглушают музыку. Он покорил зрителей своей легкостью катания и безупречной техникой. И бесшабашной смелостью. В чем же его секрет?
Родители Ильи — советские фигуристы. Отец, Роман Скорняков, выступал в одиночном катании сначала за Россию, потом за Узбекистан, где на протяжении семи лет удерживал чемпионский титул. Такая же спортивная биография и у мамы, Татьяны Малининой: она десятикратная чемпионка Казахстана, первая победительница Чемпионата четырех континентов, финала Гран-при и серию гран-при NHK Trophy.
В конце 1990-х Скорняков и Малинина вместе со своим тренеров Игорем Ксенофонтовым уехали в США. Завершив карьеру, они сосредоточились на тренерской работе. А в 2004 у них родился сын Илья, которого теперь знает весь мир. Но и это не все. Дедушка фигуриста Валерий Малинин — известный тренер, основоположник новосибирской школы фигурного катания.
Скорняков и Малинина сами тренируют сына. Также его консультирует Рафаэль Арутюнян, сказавший в одном интервью: «В Америке этого мальчика воспитали российские тренеры, а страна ему дала возможность реализовать себя. Это тоже дорого стоит».
На вопрос о секретах подготовки внука Валерий Малинин в свое время отвечал так: «Говорите, секретная техника подготовки? Нет никаких секретов. Был у нас разговор с Таней на эту тему. Ей пишут, звонят коллеги, спрашивают, что они делают такого особенного. Она отвечает просто — работаем так, как нас учили в Советском Союзе».